March 20th, 2013

Франсуа Рабле и его гадкий гусёнок

Недавно узнал, что слова: 1) «энциклопедия», 2) «прогресс», 3) «катастрофа», 4) «экскремент», - впервые ввёл в обиход Франсуа Рабле.
Слышал, что ещё и: «омлет».
А?! Минимум целых четыре слова – впервые ввёл! Не каких-нибудь. Пять веков – вовсю употребляемых в мире. Доживших до наших дней – родными, понятными понятиями. Вошедших, не спрашивая Госдуму, иностранными агентами в родную речь!
Если бы из неологизмов Франсуа составить облако тэгов, то этим облачком, между прочим – вполне можно охватить жизнь последнего полутысячелетия.
Такое вот раблезианство.
Но.
Вот только одно но.
«Экскременты» он – ввёл, да.
А словосочетание «туалетная бумага» - не ввёл.
Ибо не знал такого – интимного – употребления канцтоваров.
Или – не хотел знать? Что-то тут есть...
А-а: персонажу не понравилось.
Может, всё-таки – гусёнком? Може, гусёнком, как-то раз подумал я, оно – того – лучше?. По завету Рабле.
И тут гениальная догадка постигла меня: гусёнок, он – куда пойдёт?
Правильно. Пойдёт к воде. Гусёнки – сами в воде купаются!..
Самовозобновляющиеся ресурсы! Экология спасена.
Прикинь?: сколько миллионов тонн бумаги в неделю! Сколько гектаров леса!
Гений! Гений!

Кровь Младенца

Нет, насчёт религиоведения в школе, особенно в старших классах - всё ясно.
Вот насчёт уроков религии... Для маленьких.
Невинных, с ещё не окрепшей психикой..
Как ребёнку объясняют – радостно – что на причастии он пьёт кровь?.. Что: «Вкушение Плоти и Крови /.../ есть действие не символическое /.../, но - вполне реальное.».
Что происходит «вкушение тела».
Зачем школьнику младших классов, пусть даже и постящемуся – есть тело?
Вкушать.
Кушать. Переваривать.
Зачем пить кровь?
Как ему объясняют – конкретно – поджаривание тех, кто не пьёт крови – и вообще плохой – в аду? Варение соседей-людей в кипятке?
Ребёнку ведь это говорят старшие, родные. Которым нельзя не верить. И ещё, говорят – бог.
Пей! – кровь.
Хорошо, у маленьких есть слабая, врождённая защита. Психика малышей, выживая, поддаётся, ломается. Но – особо: «по типу зелёной веточки». Растёт потом, правда, криво, вкось: в месте надлома – нечувствительная одеревенелая мозоль..
Зато потом ими, этими, выросшими – многое другое воспринимается как должное.
Что там теперь – питие крови?
Реки крови.
Что там – дыба? Что страх, петля и яма? Другие индивидуальные неурядицы.
Супротив массового, коллективного, на миру – Вкушения Крови!. В большой строгий пост.