«..во дни тягостных раздумий..»
Ну вот как им объяснишь: почему «палку» – «кидают»?.
А почему «из себя» – «строят»?.
По кочану.
Нет: на, возьми палку. Что с ней делают? Кидают. Всё запросто.
А «из себя» – если ты не до ветру идёшь (они, тут же: «как? Почему – «до».?».. – Нота такая, блять!.).. Из себя, если не «до ветру», можно только – без фундамента, на пустом месте – «строить».
Раньше ещё, в моём бедном былом отрочестве-отечестве, хороший портной хороший костюм – либо демисезонное пальто-реглан – тоже – «строил». Из ничего. Из твоих фантазий и своих твёрдых убеждений.
Понял?
Но они тут же возвращаются – с вопросом на вопрос: а почему, в той же ситуации (там, где: «палку кидать»), «куры» – «строить»?
И: а почему там же, где «из себя строят», «понты» – «кидают»?
По кочану!
Бо как сказал Тургенев, Иван Сергеевич – со своих 25-ти и до своих 65-ти, сорок лет, как Израиль водимый Моисеем в пустыне – всё больше ПМЖивший по заграницам, – как дал понять наш великий зарубежный писатель: родной, о, язык не только «о великий, могучий, правдивый», но и, о – свободный!
И – читай дальше – свободная поддержка и свободная опора его. Во дни тягостных его раздумий о судьбах своей родины.
Понял?
А. Кто – «они»?
Да не «немцы» никакие!, – мысли.
Раздумий мысли.
А почему «из себя» – «строят»?.
По кочану.
Нет: на, возьми палку. Что с ней делают? Кидают. Всё запросто.
А «из себя» – если ты не до ветру идёшь (они, тут же: «как? Почему – «до».?».. – Нота такая, блять!.).. Из себя, если не «до ветру», можно только – без фундамента, на пустом месте – «строить».
Раньше ещё, в моём бедном былом отрочестве-отечестве, хороший портной хороший костюм – либо демисезонное пальто-реглан – тоже – «строил». Из ничего. Из твоих фантазий и своих твёрдых убеждений.
Понял?
Но они тут же возвращаются – с вопросом на вопрос: а почему, в той же ситуации (там, где: «палку кидать»), «куры» – «строить»?
И: а почему там же, где «из себя строят», «понты» – «кидают»?
По кочану!
Бо как сказал Тургенев, Иван Сергеевич – со своих 25-ти и до своих 65-ти, сорок лет, как Израиль водимый Моисеем в пустыне – всё больше ПМЖивший по заграницам, – как дал понять наш великий зарубежный писатель: родной, о, язык не только «о великий, могучий, правдивый», но и, о – свободный!
И – читай дальше – свободная поддержка и свободная опора его. Во дни тягостных его раздумий о судьбах своей родины.
Понял?
А. Кто – «они»?
Да не «немцы» никакие!, – мысли.
Раздумий мысли.