Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

Спасти и сохранить

Хочу спасти и сохранить.
Её пела ещё моя мама мне маленькому. Значит песенка – где-то средины-конца 50-х.
Означала одно – мамино хорошее настроение. Пританцовыванье, как у заядлых стиляг. Ответный детский счастливый хохот.:)

«Вот закончим мы ВУЗ, абл-дабл-ду-ба,
Хильнём в деревню.
Соберем чуваков, абл-дабл-ду-ба, -
Запашем землю.
Мы будем сеять рожь, овес,
ломая буги -
И прославим колхоз, абл-дабл-ду-ба,
по всей округе!

Ты в конюшне сидишь, абл-дабл-ду-ба,
Юбка с разрезом,
Смело доишь быка, абл-дабл-ду-ба,
С хвостом облезлым.
О, чУва, ты, моя чувА,
Тебя люблю я -
За твои трудодни, абл-дабл-ду-ба,
И поцелуи!

Деда знал одного, абл-дабл-ду-ба, -
Ел лаптем кашу.
Записали его, абл-дабл-ду-ба,
В джаз-банду нашу.
Старик стал стильным чуваком -
Через соломку,
Третий тянет коктейль, абл-дабл-ду-ба,
Из самогонки!

Вот закончим мы ВУЗ, абл-дабл-ду-ба,
Хильнём в деревню.
Все кричат: «Караул!», абл-дабл-ду-ба, -
Но бесполезно.
Мы будем сеять рожь, овес,
ломая буги -
И прославим колхоз, абл-дабл-ду-ба,
по всей округе!»

Яйцо или курица, или Херня это всё

В 1973-м, ещё студентом медицины, заметил. Сформулировал и отложил маленькое, для себя, филологическое открытие на полочку памяти. Где и забыл благополучно.
Сегодня, узнав одно болгарское слово – снова вспомнил. И старую запись с полочки памяти достал.
Так вот.
Херня это всё.
А именно: то – что первое, пятибуквенное, слово предыдущего предложения происходит от эвфемистического (так и хочется написать через чёрточку: «эвфе-мистического») трёхбуквенного «хер».
Нет. Не происходит пятибуквенная «херня», означающая эвфемизм – и ещё кое-что – от трёхбуквенного «хер»`а. Не означающего, на самом деле, ничего – ни, даже, старинной буквы.
Нет.
А вот «хер» от «херни» – происходит! Только и потому он и – эвфемизм. А не потому, что – три буквы.
Ибо «херня» – первична, как божественная латынь.
Чтобы не ходить вокруг да около, долго не объяснять – и не обосновывать науко-паукообразно то, что можно показать практически (дамы, не волнуйтесь!) – приведу пару примеров. И всё станет ясно. Итак.
Маэстро, - туш! Свет на арену!
Дамы и господа, прошу приветствовать – наша Херня!:
Hernia (лат.) – грыжа
Hernia (англ.) – грыжа.
Hernia (испанск.) – грыжа.
Hernia (португ.) – // –.
Hernia (исландск.) – // –.
Hernia (панджаби.) – // –.
Hernia (фризск.) – // –.
Hernia (ирландск.) – // –.
Hernie (франц.) – // –.
Hernie (румынск.) – // –.
Hernie (албанск.) – // –.
Hernia (африкаанс.) – // –.
Hernia (армянск.) – // –.
Hernia (бакск.) – // –.
Hernia (шотл.) – // –.
Hernia (кельтск.) – // –.
Hernia (зулу.) – // –.
Hernie (нем.) – // –.
Hernia (гавайск.) – // –.
Hernia (люксембургск.) – // –.
Hernia (каталанск.) – // –.
Hernia (малайск.) – // –.
Hernia (малагасийск.) – грыжа.
Хернија (македонск.) – грыжа.
Херния (болг.) – грыжа.
Понял? Из какого места растёт.
Теперь ты – всё понял?
«Ты всё постиг?».
Хер тебе – не родоначальник херни! Понял? «Хер» сам от «херни» произошёл.
Вернее – редуцировался.
А вот в основе херни – о-о..
Херня это всё – божественная латынь!.
Per hernia ad astra.
А ты думал мир так просто устроен?
Э-э... Эге..

Всегда готовы!

Я ещё помню обязательные политинформации, на которых нам рассказывали, как американские безработные, составляющие большУю часть населения, массово живут в картонных ящиках. Мечтая о том, что есть у нас, советских школьников.
Тогда, в начале 60-х мы, маленькие школьники, лёжа под одеялами, представляли: как намокают во время дождя эти картонные упаковочные спальники. Как мокнут ночью в них безработные. С детьми.
Они же, американцы, безработные, в основном, являлись и – врагами нашей Родины.
К 14 годам, к приёму в комсомол, в борьбе за дело дуалистической информации мы были готовы.
Всегда готовы!
Как оказалось..

Однажды утром в радиологии..

Вот так и должен спешить зимой на работу настоящий профессор! Пример студентам и пациентам!
Зимой конькобежцы здесь редко наблюдаемы, (о летних я уже писал: http://demian123.livejournal.com/461252.html).
Лифт на 3-м этаже ждала дама в инвалидном кресле - и этот кузнечик за метр девяносто, освободив место (кавалер старой школы) – рванул на роликах по ступенькам вверх. Ад аструм. Аз, грешный, успел сделать 2 снимка.
Да. Очень толковый доктор.
И ещё: так и должно держать форму – без удалённой много лет назад щитовидки: «Врачу, исцелися сам.»
Правда, доктор, в своё время – успел, до метастазов.
А мои, как сообщил конькобежец, переодевшись – и за 2,5 часа прокрутив меня на всех томографах-ультразвуках – замедлили агрессивный рост.
И объявил свободу до марта!
А там посмотрим.

P1050468.JPG" width="" />

P1050469.JPG" width="" />

«А теперь мы отдохнём..»

Фото из альбома «25 кадров Анри Картье-Брессона о советской жизни в 1954 году»
http://bigpicture.ru/?p=472672 (по наводке Александра Тягны-Рядно: https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=690347490997525&id=100000668419483&stream_ref=10):



А ведь на этой школьной фотографии дети, кто не в курсе, тянут дружно обе руки – не для того, чтобы их спросили.
Нет. Другое.
Писали тогда – неудобной деревянной перьевой ручкой. Обмакивая в чернильницу-непроливашку. Вытирая засорившееся перо-ржавейку суконной перьечисткой. Уроки чистописания: сотни раз - одну и ту же букву.
Десятки – одно и то же слово.
С нажимом и закруглениями.
Китель с железными пуговицами. Фуражки на вешалке. У девочек – фартушки. Обязательный октябрятский значок.
Руки, особенно правая (правая - даже у таких борзых левшей, как в/п) – детские пальцы, кисть у непривыкших младшекласников уставали до онемения. Поэтому, сколько-то раз на дню, посреди урока, по команде учителя, всему классу полагалось встать, вытянуть руки - вверх, вперёд - и, выполняя, установленные неведомыми верховными методистами упражнения, сжимая-разжимая пальцы, скандировать громко, до крика: "Мы писали, мы писали, / наши пальчики устали! / А теперь мы отдохнём - / и опять писать пойдём!"
Не помню уже, когда боевые песни сошли на нет.
Дольше всех продержалась коричневая униформа: сначала на школьную утреннюю линейку стали приходить без фуражек. Большая вольность и особый шик.
Потом сдохли, ухнули в прошлое подворотнички.
За ними, потихоньку – кителя с форменными пуговицами.
Девичьи «фартушки» продержались класса до восьмого. Ибо – было в этом что-то..


P.S. http://demian123.livejournal.com/235620.htmlhttp://demian123.livejournal.com/574236.html.

Белошвейки!

Эй, кто дожил?
А кто помнит?: в советских учебниках были такие – «белочехи».
С них, как и было сказано, и началась Гражданская война.
Белофины.
Белополяки.
Белоденикинцы.
Белоленточники – туда же.
Совсем маленьким, прочитав Гашека, я пошёл дальше в корнесловии: «белошвейки»!
Это – белоШвейки!
Это они – великие и ужасные белоЧехи.
С которых есть-пошла.. И с которых – всё и...
Любознательному мальчику, недавно прочитавшему замечательные «Приключения бравого солдата...», это – совершенно ясно.
Лучше горькая правда... Учебники не врут.
Белошвейки, - с них-то Гражданская и началась!

Шулер - не шулер

Кстати, а почему в русском языке «шулер» - слово с таким отрицательным окрасом? Активно отрицательным. Оскорбительное.
Что такого оскорбительного – для нутряного, живого, сермяжного словообразования – в науке?
В школьном обучении?
Несчастный «шулер», в общем-то, это – der Schüler (нем.) – «школьник», «школяр».
Зато вот другой, причастный к школе – школьный служитель, стародавний служка-шенк, социально-близкий Schul-Shenk – в полном эмоционально-оценочном порядке. В позитиве, в шоколаде – и забытьи.
Schul-Schenk, шуль-шенк, прислуживающий шулерам. О, Шуль-Шенк, Клавдия Ивановна Шульженко. «Давай закурим, товарищ, по одной.».
Все эти учёные люди – школяры, бурсаки – подозрительны. «Страшно далеки они от народа.».
Шулера, короче – и есть: противны, убоги, смешны:
«А поворотись-ка, сынку! Экий ты смешной какой!».
Нет у шулера неспешного народного достоинства. Нет потаённого стержня, собственной гордости: всяк норовит его в школах поучать – а дурачок и согласен..
«Отец мой докучал им капризами, не пропускал ни взгляда, ни слова, ни движения и беспрестанно учил; для русского человека это часто хуже побоев и брани.» (Александр Герцен, «Былое и думы»).
«..хуже побоев и брани.».
То-то, кажется: левеющий-правеющий, звереющий, потихоньку, от шулеров, зреющий во френдленте, в интернете глас народа, вот-вот сольётся в едином порыве – взовёт, взвоет подземным, бульбяным басом: «Я тебя породил – я тебя и убью!.». Умника.
Умник нашёлся.
На самом деле – шулер.

(no subject)

В качестве персонажа Прилепин – абсолютный персонаж Пелевина!
Герой ОМОН РА.
Школа им. Мересьева. Главный предмет: любовь к Родине. Ритуально отрубленные стопы. Подготовка к подвигу. О целях подвига – потом. И т.д.

СССР, академик Сахаров и зачётка

milaaga (http://milaaga.livejournal.com/122980.html) вдохновила. Вспомнил братцев научных коммунистов. «..Нахлынули воспоминанья..»:):


СССР, академик Сахаров и зачётка

Теперь это всё фарисейство переимут кафедры теологии.
Помните (а кто помнит. Кто дожил?:): конспекты по научному коммунизму?
С «первоисточниками».
Пожелтевшие, рассыпающиеся страницы. Исписанные студиозусами-предками – ещё тем, ржавеющим железным пером, прикреплённым к деревяшке. Обмакиваемом в густую, блекнущую, синюю кровь.
Казалось - гусиным.
Передаваемые как Ковчег Завета.
Помните – помните? – проклятье и дамоклов меч студенческого малого народа?
Обязательную жертву богам.
Главное было: предъявить «конспект». Многостраничный цитатник, заполненный от руки. Всё остальное – потом.
Хоть как, но – предъяви. «Хоть тушкой, хоть чучелком»...
Все про всё – всё знали.
И мы – и они.
Все. Кроме одного рыхлого, дряблого рыцаря революции. Которого занесло в Архангельск. Который ещё «брал Зимний». Доцента кафедры научного коммунизма.
Все знали: «брал Зимний». Не забалуешь.
Однажды он оговорился: «Служил на «Авроре».»
С тех пор все знали: «Служил на «Авроре.»». Дополнительно.
«Медицину вас сама жизнь заставит выучить.», - говорил он. «А вот знания по научному коммунизму только здесь дадут!», - говорил он, широко обводя рукой. «Пользуйтесь.».
Пользовались.
Нами, в основном.
На нищую клиническую практику по основной дисциплине приходилось раза в три меньше часов, чем на предмет бравшего зимнюю «Аврору».
К этому, кстати, с конспектом было лучше – заболеть.
Остальные преподаватели, одобрительно морщась (а что делать. Что - делать?), брали одни и те же пухлые, разлезающиеся, дермантиновые блины 60-х годов. Заполненные старательным девичьим почерком. Не обращая внимания на половую принадлежность сдающего.
Все знали. Все понимали.
Маркс, Ленин, Энгельс, - чтоб они были здоровы. И захлебнулись моей кровью.
Особым шиком, гордостью коллекционера - было предъявление коммунистам самого древнего, наиболее антикварного конспекта-цитатника. Из писанных человечьей рукой. Ещё до отстояния большого пальца этой руки и прямохождения: чем старее – тем ценнее.
Своими глазами видел конспект «первоисточников» конца 50-х, уже без цитат Сталина. («Видел»?.. Не-е. – Предъявлял).
Главное, повторю, было - предъявить.
Как пароль «сим-сим». И увидеть свою зачётку наколотой на перо – приравненное к штыку – и услышать заветное: «Проходи.».
Проходи на диамат. Переходи на мат – на особую псевдоправдоподобную феню.
Коммунистическую философию – диалектический материализм – нашим научным коммунистам сдавали уже, увы – сами.
Как миленькие, - всю бодягу.
«Три источника и три составные части ...».
Любил я это дело..
Здесь уже любой лёгкий стёб, хождение по тонкому льду – было небезопасным. Можно.., но – как по Ладожскому озеру весной, по Дороге Жизни.
Зато – пижонства ради!
Перед девочками. Было дело.
На зачёте (экзамене?) по диамату было раз у меня небольшое приключение.
Беру билет.
Ну – не то, чтобы твёрдо всё знаем...
Готовлюсь. Карандашик вертится над первым вопросом.
Философия, однако..
Однако.
В мозгу – щёлк!
Потому как, люблю научно-популярное читать. Любил, во всяком случае.
Вспомнилось: из старой научпоп-книжки (о физике и ядерных, в основном, физиках. Тогда это было оч. мейнстримно. О достижениях советских физиков-теоретиков). Как-то вычитал и запомнил абзац про растущую звезду советской науки – такого молодого академика Сахарова. О том, что тот, дескать, доказал, что на отрезках - десять в минус какой-то степени диаметра атома водорода - действуют - чего-то там - другие законы. Чем доселе предполагалось. Что-то такое.. Короче: «нано» в «нане» - и т.д...
О!
Всё это – не очень-то ориентируясь в теме – прихерачиваю к ответу на первый вопрос. Пришиваю белыми нитками.
На голубом глазу, в конце ответа, излагаю экзаменатору. Молодому, неглупому доценту.
Знал кому!:).
У того морда – быстренько-быстренько – приобретает выражение опасливого удовольствия..
Не даёт дальше отвечать. Сворачивает.
(Напрягаюсь)...
Свернул с рельсы, отложил остальные вопросы (хух...). Ставит смачное «отлично» - и отсылает с богом и зачёткой!
Ура!
Ура академику Сахарову!:)
Приготовиться кафедре теологии.

20 лет спустя

Сегодня, 20 лет тому, аз, многогрешный, пересекая немецкую границу – открыл новый вектор жизни: дранг нах вестен (где «нах» - определяющее слово).
До этого, колеблемый Управляющими Силами, вектор жизни был направлен, в основном, на север. И обратно. С лёгкими отклонениями.
Одесса, мама.
Львов, о-о.
Стрый-замечательный городок детства, Львовская обл.
Архангельск, родимый.
Павловск, тот самый.
Снова Архангельск.
Леспромхоз Палема.
Вологда честная.
Великий Устюг сказочный.
Гарнизоны Прикарпатья.
Старычи, там же.
Снова Стрый-городок.
Опять - Львов моей жизни.
Кёльн - любимый.
Уже 20 лет.
Так долго на одном месте не жил нигде.
А начиналось так:
14.12.1992:
раз: http://demian123.livejournal.com/140039.html ,
два: http://demian123.livejournal.com/140380.html ,
три: http://demian123.livejournal.com/140625.html -
Подробнее:

Языковая наглость

Языковая наглость нужна – это мы тогда чётко на курсах усвоили.
Языковое бесстрашие.
Понимаешь о чём речь, не понимаешь, можешь, не можешь – говори.
Никакого ложного стыда: идти напролом. Ни о чём не думать.
Только так начинают – говорить и общаться.
Знал ли я немецкий, когда приехал в Германию?
Ага. Смайлик. :)
«Хэндэ хох» я знал. И «нихт шисэн».
Хотя, через два месяца – уже говорил!
Хотя, по-польски, правда.
Одна добрая барышня, случайно, научила, подобрала.
В остальном – только языковая наглость и выручала. Составлять из десятка слов «разговор с фининспектором о сущности поэзии». Успех комбинатора и импровизатора.
Но это присказка.
Потому что дела в первый раз обстояли не очень важно. Ехали мы на ПМЖ, под Новый 199.. год, человек двадцать. Первый раз заграницей. Т.е., вообще – первый раз. Без языка, но с баулами.
Раздолбанный львовский автобус: два таких же водителя, Тарас и Михайло. Никто, кроме учёного Володи Т. немецкого не знает. Володя Т. – он не подкачает: синдром первого ученика. Ведущего инженера. У него немецкий – в школе, в институте, на отечественных приватных курсах, на коленях в автобусе. Ученик, учебник, - надёжа.
Потому что заблудились наши Тарас с Михайлом – окончательно. Ни языка, ни карты толком. И грустны. Через час-полтора темнеть начнёт.
Володя волнуется: он будет спрашивать дорогу. Подготавливает – выписывая на тряском сидениии – фразы. Приступать не собирается. Что-то там – с падежами. Выписывает.
Зачёркивает.
Едем – куда не знаем.
Составляет обращение.
Зачёркивая.
Ясно одно: надо, пока не поздно, немедленно что-то делать. Брать ситуацию за рога.
Стоп. Прошу водителя остановиться. Набираю воздуха. Первый шаг – с подножки на грунт – что твой Нил Армстронг. В замедленной съёмке перехожу через дорогу – к первому прохожему. Спрашиваю. Он мне долго и сложно объясняет. Уточняю. Перебегаю – уже в убыстренной – через дорогу обратно, к автобусу. Заскакиваю. Объясняю маршрут водилам. Дальше едем в абсолютном молчании. Через полчаса опомнившаяся Володина жена обиженно интересуется : «А чего ты не признавался?
- В смысле: чего – «не признавался»?
- Что немецкий знаешь.
- Не знаю я немецкого.
- А с мужиком тем (ехидно так, поджав губы) – по-русски разговаривал?
- По-русски.
- ?... ?..
- Коронки.
- Какие коронки?
- Коронки у него были золотые. Ошибиться нельзя. Наш человек.»

Языковая наглость называется.
...............................

Языковая наглость. Продолжение

Через неделю после описываемых событий, в очумевшем от странных людей Уна-Масене, в лагере для вновьприбывших, знакомые собрались в ближайший продуктовый. Там рядом магазинчик «Реве», парковка небольшая.
Вот «жигуля» одного казахского немца (а, по виду и акценту, кажется, что и - казахского казаха) потому и «поджал» припарковавшийся коренной житель - и бедняга никак не мог выехать.
Делать нечего: дожидается «коренного».
Вроде бы вышел из магазина хозяин авто. Вроде бы. (?). Подходит, значит, к нему жигулевладелец, спрашивает (с казахским акцентом): «Эт’ ваш' машина».
Коренной (почему-то – обиженно) терпеливо: «Nein. Das ist mein Auto. Keine Waschmaschine.»*
Сел и уехал.
А спрашивали ведь, по-человечески..
.....................
* «Нет. Это моё авто. Не Waschmaschine»
(«Waschmaschine» - «вашмашина» - стиральная машина).

.........................

Языковая наглость. Приложение

Эмигрантская "пересылка" - лагерь в Уна-Масен. Первый день на ПМЖ.
В руках - символы западного благополучия.
Я выбрал зонтик: "Выбрал свободу!". :)